Заговор против сталина


Дело Тухачевского: был ли заговор против Сталина?

В этом уголовно-политическом деле 1937 года, где «паровозом» шел маршал Советского Союза М. Н. Тухачевский, даже неспециалист заметит явные несуразности. Обвинительный винегрет включает в себя столько не связанных друг с другом и противоречивых ингредиентов, что поневоле придешь к выводу о заказном характере данного процесса.

Вместе с тем, очевидно и то, что Тухачевский был строптивым,  неудобным военачальником и стремился отстаивать собственное мнение по поводу развития Рабоче-Крестьянской Красной Армии (РККА), не совпадающее с мнением руководства. За что и поплатился.

Помимо М. Н. Тухачевского, в прошлом первого зама наркома обороны СССР (Ворошилова), а на момент ареста командующего войсками Приволжского военного округа, в числе обвиняемых были 7 командармов и комкоров. Начальнику Политуправления РККА Я. Б. Гамарнику сидеть на скамье подсудимых не пришлось – он застрелился еще до начала активной фазы следствия.

Список обвинения против представителей высшего командного состава Красной Армии включал в себя несколько пунктов, в том числе, сотрудничество с фашистской Германией, подготовку терактов против членов правительства страны, а также государственного военного переворота. «До кучи» Тухачевскому «сотоварищи» вменили контакты с уже ошельмованными «врагами народа» Троцким, Бухариным, Рыковым и другими – эти «пристяжные» якобы тоже принимали активное участие в инкриминируемых военным злодеяниях.

Сталин принимал в разматывании этого «заговорщицкого» клубка самое деятельное участие. Собственно, он и являлся главным закоперщиком данного процесса. Незадолго до суда было созвано расширенное заседание военсовета при наркомате обороны СССР, где Сталин заявил о том, что теперь вряд ли у кого есть сомнения в наличии военно-политического заговора против советской власти: дескать, так много соответствующих показаний обвиняемых и свидетелей по этому делу. То есть, Сталин тем самым загодя, до суда, вынес всем семерым подследственным обвинительный приговор и по ходу обмолвился, на каких «очевидных фактах» строилось обвинение – на показаниях самих обвиняемых и со слов «свидетелей». Как в 30-х годах в СССР добывались подобные «факты» и чего поэтому стоили, теперь общеизвестно.

«Стучать» на оппозиционность Тухачевского начали задолго до процесса 37-года – еще в 20-х годах; информация, главным образом, поступала от агентов советских спецслужб. Часть участников судебного процесса были арестованы по схожим обвинениям в 1936-м году, но до поры до времени на Тухачевского и «подельников» они показаний не давали. Примечательно, что еще за 7 лет до «дела Тухачевского» маршалу  предъявлялись практически идентичные обвинения. Но тогда по воле Сталина Михаил Николаевич был оправдан.

В 1937 году в высшем эшелоне РККА началось некое брожение с кадровыми перестановками и другими ограничениями. В частности, Тухачевского не пустили в запланированную загранпоездку. На него дают показания ряд бывших чинов НКВД, а к тому времени подследственных. Пошли аресты командиров РККА. Застрелился Гамарник. Все эти события спрессовываются во временной промежуток в 2 – 3 месяца.

Следствие и суд по «делу Тухачевского» были еще короче – в общей сложности, менее месяца. Причем, подсудимые не имели права на адвокатов и на обжалование приговора. А строился он, как и заблаговременно объявил «отец народов», исключительно на показаниях обвиняемых (приговор Сталин редактировал лично). К тому же, из материалов дела создавалось впечатление, что если бы подсудимых спрашивали о намерениях захвата власти в целом на планете, то они и в этом признались бы – настолько абсурдным выглядело протокольное самобичевание бывших руководителей РККА.

В кратчайшие сроки все осужденные были расстреляны.

Существует конспирологическая версия о контактах М. Н. Тухачевского с командованием фашистской Германии. По одной из гипотез, Сталину немцы через третьих лиц передали материалы, компрометирующие маршала, по другой – эти документы были сфальсифицированы. Ни то, ни другое недоказуемо, потому что на сегодняшний день не обнародованы ни сами «документы», ни «фальшивки», ни экспертные заключения по этим бумагам (если те вообще имели место быть).

Зато существует официальная «Справка комиссии президиума ЦК КПСС «О проверке обвинений, предъявленных в 1937 году судебными и партийными органами тт. Тухачевскому, Якиру, Уборевичу и другим военным деятелям, в измене Родины, терроре и военном заговоре», согласно которой, в частности, пошагово опровергаются все обвинения в сотрудничестве маршала и других осужденных с фашистской Германией, строившиеся, главным образом, на собственных умозаключениях следователей и их верховного «главного редактора».

Как уже было отмечено, из анализа уголовного дела Тухачевского и группы бывших военачальников, официальный обзор материалов которого на сегодняшний день опубликован, следует, что обвинение в отношении Тухачевского и его «подельников» практические целиком и полностью строилось на оговорах и на самооговорах. В то время царицей доказательств было признание вины, и при его наличии иных не требовалось. Показания выбивались, подследственных мучили и истязали разными, подчас самыми изощренными способами.

Ясно одно (и из материалов эта тенденция прослеживается): маршал Тухачевский стремился последовательно проводить собственную линию реорганизации РККА в связи с обозначившейся угрозой СССР со стороны Германии, и делал это настойчиво, невзирая на мнение вышестоящего руководства. Такой выскочка не устраивал никого – ни Сталина, предпочитавшего беспрекословное подчинение и угодничество, ни недалекого в военной науке наркома обороны Ворошилова, причастного к репрессиям десятков командиров РККА в 37-м году.

russian7.ru

Дело Тухачевского: был ли заговор против Сталина

В этом уголовно-политическом деле 1937 года, где «паровозом» шел маршал Советского Союза М. Н. Тухачевский, даже неспециалист заметит явные несуразности. Обвинительный винегрет включает в себя столько не связанных друг с другом и противоречивых ингредиентов, что поневоле придешь к выводу о заказном характере данного процесса.

Вместе с тем, очевидно и то, что Тухачевский был строптивым,  неудобным военачальником и стремился отстаивать собственное мнение по поводу развития Рабоче-Крестьянской Красной Армии (РККА), не совпадающее с мнением руководства. За что и поплатился.

Помимо М. Н. Тухачевского, в прошлом первого зама наркома обороны СССР (Ворошилова), а на момент ареста командующего войсками Приволжского военного округа, в числе обвиняемых были 7 командармов и комкоров. Начальнику Политуправления РККА Я. Б. Гамарнику сидеть на скамье подсудимых не пришлось – он застрелился еще до начала активной фазы следствия.

Список обвинения против представителей высшего командного состава Красной Армии включал в себя несколько пунктов, в том числе, сотрудничество с фашистской Германией, подготовку терактов против членов правительства страны, а также государственного военного переворота. «До кучи» Тухачевскому «сотоварищи» вменили контакты с уже ошельмованными «врагами народа» Троцким, Бухариным, Рыковым и другими – эти «пристяжные» якобы тоже принимали активное участие в инкриминируемых военным злодеяниях.

Сталин принимал в разматывании этого «заговорщицкого» клубка самое деятельное участие. Собственно, он и являлся главным закоперщиком данного процесса. Незадолго до суда было созвано расширенное заседание военсовета при наркомате обороны СССР, где Сталин заявил о том, что теперь вряд ли у кого есть сомнения в наличии военно-политического заговора против советской власти: дескать, так много соответствующих показаний обвиняемых и свидетелей по этому делу. То есть, Сталин тем самым загодя, до суда, вынес всем семерым подследственным обвинительный приговор и по ходу обмолвился, на каких «очевидных фактах» строилось обвинение – на показаниях самих обвиняемых и со слов «свидетелей». Как в 30-х годах в СССР добывались подобные «факты» и чего поэтому стоили, теперь общеизвестно.

«Стучать» на оппозиционность Тухачевского начали задолго до процесса 37-года – еще в 20-х годах; информация, главным образом, поступала от агентов советских спецслужб. Часть участников судебного процесса были арестованы по схожим обвинениям в 1936-м году, но до поры до времени на Тухачевского и «подельников» они показаний не давали. Примечательно, что еще за 7 лет до «дела Тухачевского» маршалу  предъявлялись практически идентичные обвинения. Но тогда по воле Сталина Михаил Николаевич был оправдан.

В 1937 году в высшем эшелоне РККА началось некое брожение с кадровыми перестановками и другими ограничениями. В частности, Тухачевского не пустили в запланированную загранпоездку. На него дают показания ряд бывших чинов НКВД, а к тому времени подследственных. Пошли аресты командиров РККА. Застрелился Гамарник. Все эти события спрессовываются во временной промежуток в 2 – 3 месяца.

Следствие и суд по «делу Тухачевского» были еще короче – в общей сложности, менее месяца. Причем, подсудимые не имели права на адвокатов и на обжалование приговора. А строился он, как и заблаговременно объявил «отец народов», исключительно на показаниях обвиняемых (приговор Сталин редактировал лично). К тому же, из материалов дела создавалось впечатление, что если бы подсудимых спрашивали о намерениях захвата власти в целом на планете, то они и в этом признались бы – настолько абсурдным выглядело протокольное самобичевание бывших руководителей РККА.

В кратчайшие сроки все осужденные были расстреляны.

Существует конспирологическая версия о контактах М. Н. Тухачевского с командованием фашистской Германии. По одной из гипотез, Сталину немцы через третьих лиц передали материалы, компрометирующие маршала, по другой – эти документы были сфальсифицированы. Ни то, ни другое недоказуемо, потому что на сегодняшний день не обнародованы ни сами «документы», ни «фальшивки», ни экспертные заключения по этим бумагам (если те вообще имели место быть).

Зато существует официальная «Справка комиссии президиума ЦК КПСС «О проверке обвинений, предъявленных в 1937 году судебными и партийными органами тт. Тухачевскому, Якиру, Уборевичу и другим военным деятелям, в измене Родины, терроре и военном заговоре», согласно которой, в частности, пошагово опровергаются все обвинения в сотрудничестве маршала и других осужденных с фашистской Германией, строившиеся, главным образом, на собственных умозаключениях следователей и их верховного «главного редактора».

Как уже было отмечено, из анализа уголовного дела Тухачевского и группы бывших военачальников, официальный обзор материалов которого на сегодняшний день опубликован, следует, что обвинение в отношении Тухачевского и его «подельников» практические целиком и полностью строилось на оговорах и на самооговорах. В то время царицей доказательств было признание вины, и при его наличии иных не требовалось. Показания выбивались, подследственных мучили и истязали разными, подчас самыми изощренными способами.

Ясно одно (и из материалов эта тенденция прослеживается): маршал Тухачевский стремился последовательно проводить собственную линию реорганизации РККА в связи с обозначившейся угрозой СССР со стороны Германии, и делал это настойчиво, невзирая на мнение вышестоящего руководства. Такой выскочка не устраивал никого – ни Сталина, предпочитавшего беспрекословное подчинение и угодничество, ни недалекого в военной науке наркома обороны Ворошилова, причастного к репрессиям десятков командиров РККА в 37-м году.

russian7.ru

Дело Тухачевского: существовал ли заговор против Сталина

В этом уголовно-политическом деле 1937 года, где «паровозом» шел маршал Советского Союза М. Н. Тухачевский, даже неспециалист заметит явные несуразности. Обвинительный винегрет включает в себя столько не связанных друг с другом и противоречивых ингредиентов, что поневоле придешь к выводу о заказном характере данного процесса.

Вместе с тем, очевидно и то, что Тухачевский был строптивым,  неудобным военачальником и стремился отстаивать собственное мнение по поводу развития Рабоче-Крестьянской Красной Армии (РККА), не совпадающее с мнением руководства. За что и поплатился.

Помимо М. Н. Тухачевского, в прошлом первого зама наркома обороны СССР (Ворошилова), а на момент ареста командующего войсками Приволжского военного округа, в числе обвиняемых были 7 командармов и комкоров. Начальнику Политуправления РККА Я. Б. Гамарнику сидеть на скамье подсудимых не пришлось – он застрелился еще до начала активной фазы следствия.

Список обвинения против представителей высшего командного состава Красной Армии включал в себя несколько пунктов, в том числе, сотрудничество с фашистской Германией, подготовку терактов против членов правительства страны, а также государственного военного переворота. «До кучи» Тухачевскому «сотоварищи» вменили контакты с уже ошельмованными «врагами народа» Троцким, Бухариным, Рыковым и другими – эти «пристяжные» якобы тоже принимали активное участие в инкриминируемых военным злодеяниях.

Сталин принимал в разматывании этого «заговорщицкого» клубка самое деятельное участие. Собственно, он и являлся главным закоперщиком данного процесса. Незадолго до суда было созвано расширенное заседание военсовета при наркомате обороны СССР, где Сталин заявил о том, что теперь вряд ли у кого есть сомнения в наличии военно-политического заговора против советской власти: дескать, так много соответствующих показаний обвиняемых и свидетелей по этому делу. То есть, Сталин тем самым загодя, до суда, вынес всем семерым подследственным обвинительный приговор и по ходу обмолвился, на каких «очевидных фактах» строилось обвинение – на показаниях самих обвиняемых и со слов «свидетелей». Как в 30-х годах в СССР добывались подобные «факты» и чего поэтому стоили, теперь общеизвестно.

«Стучать» на оппозиционность Тухачевского начали задолго до процесса 37-года – еще в 20-х годах; информация, главным образом, поступала от агентов советских спецслужб. Часть участников судебного процесса были арестованы по схожим обвинениям в 1936-м году, но до поры до времени на Тухачевского и «подельников» они показаний не давали. Примечательно, что еще за 7 лет до «дела Тухачевского» маршалу  предъявлялись практически идентичные обвинения. Но тогда по воле Сталина Михаил Николаевич был оправдан.

В 1937 году в высшем эшелоне РККА началось некое брожение с кадровыми перестановками и другими ограничениями. В частности, Тухачевского не пустили в запланированную загранпоездку. На него дают показания ряд бывших чинов НКВД, а к тому времени подследственных. Пошли аресты командиров РККА. Застрелился Гамарник. Все эти события спрессовываются во временной промежуток в 2 – 3 месяца.

Следствие и суд по «делу Тухачевского» были еще короче – в общей сложности, менее месяца. Причем, подсудимые не имели права на адвокатов и на обжалование приговора. А строился он, как и заблаговременно объявил «отец народов», исключительно на показаниях обвиняемых (приговор Сталин редактировал лично). К тому же, из материалов дела создавалось впечатление, что если бы подсудимых спрашивали о намерениях захвата власти в целом на планете, то они и в этом признались бы – настолько абсурдным выглядело протокольное самобичевание бывших руководителей РККА.

В кратчайшие сроки все осужденные были расстреляны.

Существует конспирологическая версия о контактах М. Н. Тухачевского с командованием фашистской Германии. По одной из гипотез, Сталину немцы через третьих лиц передали материалы, компрометирующие маршала, по другой – эти документы были сфальсифицированы. Ни то, ни другое недоказуемо, потому что на сегодняшний день не обнародованы ни сами «документы», ни «фальшивки», ни экспертные заключения по этим бумагам (если те вообще имели место быть).

Зато существует официальная «Справка комиссии президиума ЦК КПСС «О проверке обвинений, предъявленных в 1937 году судебными и партийными органами тт. Тухачевскому, Якиру, Уборевичу и другим военным деятелям, в измене Родины, терроре и военном заговоре», согласно которой, в частности, пошагово опровергаются все обвинения в сотрудничестве маршала и других осужденных с фашистской Германией, строившиеся, главным образом, на собственных умозаключениях следователей и их верховного «главного редактора».

Как уже было отмечено, из анализа уголовного дела Тухачевского и группы бывших военачальников, официальный обзор материалов которого на сегодняшний день опубликован, следует, что обвинение в отношении Тухачевского и его «подельников» практические целиком и полностью строилось на оговорах и на самооговорах. В то время царицей доказательств было признание вины, и при его наличии иных не требовалось. Показания выбивались, подследственных мучили и истязали разными, подчас самыми изощренными способами.

Ясно одно (и из материалов эта тенденция прослеживается): маршал Тухачевский стремился последовательно проводить собственную линию реорганизации РККА в связи с обозначившейся угрозой СССР со стороны Германии, и делал это настойчиво, невзирая на мнение вышестоящего руководства. Такой выскочка не устраивал никого – ни Сталина, предпочитавшего беспрекословное подчинение и угодничество, ни недалекого в военной науке наркома обороны Ворошилова, причастного к репрессиям десятков командиров РККА в 37-м году.

russian7.ru

Сионисты против Сталина: заговор Тухачевского

В паразитической Системе, пока ещё господствующей на Земле, почти все хорошие деятели оплёваны и оклеветаны либероидной прослойкой между людьми. Чем больше зверьки на кого-то орут, тем больше этот человек достоин уважения...

Покушения на Сталина. Тухачевский vs Сталин

Автор – al-termezi

Сегодня первая из трёх статей о покушениях на Сталина. А пока позвольте немного словоблудия, вещь в моём возрасте простительная. Большое всегда видится издалека. Рос я обычным советским подростком, и как всякий советский подросток знал, Сталин – это плохо. Сталин – это массовые убийства ни в чём неповинных людей, это – репрессии генералитета, из-за которых мы чуть было не проиграли войну, это – бесправное положение крестьян и, самое главное, Сталин предал дело Ленина.

Волновало меня всё это? Да не смешите… Волновала меня в то время соседка Люба, у которой уже к четырнадцати годам сиськи были «пятого» размера. Несмотря на то, что мы учились в разных классах, я всегда старался провожать её из школы. Детская влюблённость окончилась ничем; только дело дошло до робких поцелуев, как её папу, офицера, перевели куда-то в Казахстан на новое место службы, и мечта поэта исчезла, оставив что-то неуловимое, где-то там в глубинах детской души.

Первые сомнения в моей, ещё не до конца просветлённой «Моральным Кодексом Строителя Коммунизма» душе, посеял наш преподаватель истмата. Как и у всякого русского интеллигента, у него была слабость – выпивка, уходя в очередной запой, он прятался от жены в студенческом общежитии. За честь предложить ему место у себя в комнате сражалась вся общага.

Он был великолепным рассказчиком с поистине энциклопедическими знаниями, алкоголь просто снимал все социальные ограничители. Помню, в комнату на четверых набивалось человек тридцать, сигаретный дым, несмотря на открытую форточку, висел облаком под потолком, и мы, затаив дыхание, слушали нашего преподавателя.

Уборщица тётя Клава на следующее утро радостно потирала руки, после подобных посиделок пустых бутылок она сдавала на пять-семь рублей.

Не поверите, всё бы отдал, чтобы хоть на вечер вернуться в прокуренную насквозь, с треснувшим унитазом и вечно текущим краном, комнатку. Всё-таки странно устроен человек – понимаешь, что был счастлив много позднее, когда уже от самого счастья ничего не осталось...

Однажды, выйдя из проходной после работы, мой тогдашний начальник отдела, показал на бронзовый бюст, стоящий прямо напротив, и спросил: «Что видишь?» Надо сказать, бюст первого директора НИИ, дважды героя Социалистического Труда, был изрядно засран голубями.

«Дерьмо вижу» – ответил я. Мой собеседник, поднял палец кверху: «Во! Хорошие люди всегда в дерьме». Помолчав, добавил: «Только дерьмо всегда, рано или поздно, смоют, металлу от этого ничего не делается». Земля тебе пухом, Валентин Матвеевич, ты многому меня научил – мой дорогой старший друг.

Рано или поздно наши потомки смоют то жидовское дерьмо, которым обильно вымазали Сталина – металлу от дерьма ничего не сделается.

Дабы не утомлять читателя, спешу закончить свой лирический понос. Не судите строго – старею, блин, добрею. И уже члены общества «Здравомыслие» кажутся просто милыми дурачками, и уже хочется, с той же Взор, мирно посидеть за рюмкой чая, и бесконечно задаваться одним и тем же вселенским вопросом: «А ты меня уважаешь?»; и смотреть подобревшим взглядом прямо в глаза друг другу... А ещё посидеть с удочкой на «зорьке» вместе со «стасиком» и «вадиком», «потереть за жизнь» и напоследок совсем уже по-братски отвесить каждому «леща», как провинившимся сорванцам... Чур меня…

Давайте для начала рассмотрим две вещи. Во-первых, можем ли мы утверждать что-то наверняка, имея на руках только опубликованное, и все ли документы доступны сегодня пытливому исследователю? Да, конечно же нет, и вот почему.

Есть так называемая «Межведомственная комиссия по защите государственной тайны» и есть документ, изданный этой комиссией, за №2-с от 12.03.2014 г. «О продлении сроков засекречивания сведений, составляющих государственную тайну, засекреченных ВЧК-КГБ СССР в 1917-1991 годах», и там прямо говорится, – цитирую: «…выявлены значительные массивы информации, образовавшиеся более тридцати лет тому назад, нуждающиеся в продлении сроков их засекречивания».

То есть, говоря простым языком, как минимум до 2045 года – хрен вам, а не документы. Разумеется, всё это подаётся под благовидным предлогом защиты государственной тайны, давайте будем объективны – там действительно есть материалы, которые и сегодня стоит хранить в тайне, но, какое отношение к гостайне имеет дело Тухачевского и его подельников? А ведь с большей части материалов, и по сей день, не снят гриф секретности. Какой из всего этого вывод? Очень простой – ври сколько угодно, и никто тебя не уличит, и ведь врут, врут господа либералы, врут много и замысловато.

Во-вторых, само дело Тухачевского всплыло благодаря Н.С. Хрущёву. Зачем Хрущёву всё это понадобилось? Восстановление исторической справедливости? Как говорят в Одессе, не смешите мои бублики, по этой логике Никита Сергеич должен был сам пустить себе пулю в висок, не дожидаясь, когда за ним «придут».

Говорят, что «перестройку» придумал Горбачёв. Не-а, умом слабоват, ему только позволили завершить начатое задолго до него. Перестройку затеял «кукурузник», он автор идеи развала СССР. А вот кто стоял за «кукурузником», вопрос, к сожалению, без ответа. Только про «аннунаков», как у Сидорова, не надо. Договорились?

Из справки комиссии Президиума ЦК КПСС «О проверке обвинений, предъявленных в 1937 году судебными и партийными органами тт. Тухачевскому, Якиру, Уборевичу и другим военным деятелям, в измене Родины, терроре и военном заговоре»:

Выводы

«…В период гражданской войны между Сталиным и Тухачевским на почве неправильного поведения Сталина возникли неприязненные взаимоотношения. В послевоенный период в статьях и выступлениях Тухачевский исторически правдиво характеризовал роль Сталина в гражданской войне, что являлось препятствием на пути к возвеличиванию роли Сталина, к созданию его культа личности.

Имевшие значительные заслуги перед государством талантливые военные руководители Тухачевский, Якир, Уборевич не были сторонниками непомерного возвеличивания имени Сталина и таким образом являлись неугодными для него лицами.

…Расправа над армейскими кадрами причинила огромный ущерб военной мощи и обороноспособности Советского государства и крайне отрицательно сказалась на боевых действиях наших войск в советско-финляндской войне и Великой Отечественной войне…»

Как видите, единственный вывод, к которому пришла комиссия – личная неприязнь Сталина. Остаётся только развести руками. Позвольте вопрос: Сталин дебил, да? Фактически уничтожить весь высший командный состав по причине застарелой вражды, и это в непростое предвоенное время? Даже на глупую шутку не тянет.

Прежде чем продолжу, позвольте один комментарий. Не мог не удержаться, как говорят в народе, «чисто по приколу» – в апреле 1945 года Адольф Гитлер даёт своё последнее в жизни интервью: «Вермахт предал меня, я гибну от рук собственных генералов. Сталин совершил гениальный поступок, устроив чистку в Красной Армии…»

Вообще-то, первым заговором против Сталина многие историки считают «заговор» Енукидзе-Петерсона. Первый был членом ЦК ВКП(б), большевиком с дореволюционным стажем, секретарём ЦИК СССР, крёстным отцом жены И.В. Сталина Надежды Аллилуевой. Второй – с апреля 1920 комендант Московского Кремля. Видите, какие «шишки», а говорят о них много меньше, чем о Тухачевском.

Спросите в чём причина? Я ведь не случайно слово «заговор» взял в кавычки, просто самого Авеля нужно было срочно выводить «за скобки», а Петерсон пошёл «подельником», по причине дружеских отношений с первым, только и всего.

Но избегают говорить об этом господа либералы вовсе не поэтому, молчат они совсем по иной причине – Енукидзе был педофилом. Сохранилась запись в дневнике Марии Сванидзе от 28.06.35:

«Авель, несомненно, сидя на такой должности, колоссально влиял на наш быт в течение 17 лет после революции. Будучи сам развратен и сластолюбив, он смрадил всё вокруг себя: ему доставляло наслаждение сводничество, разлад семьи, обольщение девочек. Имея в своих руках все блага жизни, недостижимые для всех, в особенности в первые годы после революции, он использовал все это для личных грязных целей, покупая женщин и девушек. Тошно говорить и писать об этом.

Будучи эротически ненормальным и, очевидно, не стопроцентным мужчиной, он с каждым годом переходил на всё более и более юных и наконец докатился до девочек в 9-11 лет, развращая их воображение, растлевая их, если не физически, то морально. Это фундамент всех безобразий, которые вокруг него происходили. Женщины, имеющие подходящих дочерей, владели всем. Девочки за ненадобностью подсовывались другим мужчинам, более неустойчивым морально. В учреждение набирался штат только по половым признакам, нравившимся Авелю. Чтобы оправдать свой разврат, он готов был поощрять его во всём».

Сами большевики особо не заморачивались по этому поводу – любишь малолеток, люби на здоровье. Только вот СССР находился в окружении «друзей», а те спешили использовать любую возможность по подрыву авторитета первого «рабоче-крестьянского» государства. Ничем, сволочи, не гнушались, даже святым…

Давайте всё же приступим к «великому и гениальному полководцу» маршалу Тухачевскому.

Начнём с «гениальности». Так в чём собственно заключался полководческий гений нашего героя? В разгроме Колчака, имея при этом пятикратное превосходство в силах и широкое партизанское движение в тылу последнего; в жесточайшем подавлении Тамбовского восстания, когда не щадили ни стариков, ни детей; или в его бесславном Польском походе, в результате которого СССР потерял Западную Белоруссию, а из 200 тысяч пленных красноармейцев – 80 тысяч погибли от голода, холода, пыток или просто были расстреляны?

Паны сегодня шибко плачут о погибших в Катыни, денежное это дело, только вот о наших военнопленных вспоминать очень не любят, деликатное душевное строение «ихних организьмов» не позволяет.

И, как говорится, на сладкое, мнение маршала Пилсудского о «гении»: «Образ человека, который анализирует только свой мозг или своё сердце, намеренно отказываясь или просто не умея увязывать свои мысли с повседневной жизнедеятельностью войск, которая не только не всегда отвечает замыслам и намерениям командующего, но зачастую им противоречит. Многие события в операциях 1920 года происходили так, а не иначе именно из-за склонности пана Тухачевского к управлению армией как раз таким абстрактным методом».

Наши враги бывают подчас весьма остроумны.

Ещё и сегодня бытует мнение о том, что Тухачевский&Co пали жертвой некоей хитрой операции германской разведки. Якобы немцы продали Сталину через Бенеша за три миллиона золотом обычную туфту. Бред, дикий бред. Давайте обратимся к людям чьему мнению стоит доверять.

Павел Судоплатов в своих воспоминаниях пишет: «Как непосредственный куратор немецкого направления наших разведорганов в 1939-1945 годах, утверждаю, что НКВД никакими материалами о подозрительных связях Тухачевского с немецким командованием не располагал. Так называемые компрометирующие материалы об амбициях Тухачевского, поступившие из-за рубежа, были ни чем иным, как выдержками из материалов зарубежной прессы».

И ещё: «Миф о причастности немецкой разведки к расправе Сталина над Тухачевским был пущен впервые перебежчиком Кривицким, бывшим офицером разведки. Выдумку ставшего в эмиграции психически неустойчивым человеком позднее использовал Шелленберг в своих мемуарах, приписав себе заслугу в фальсификации дела Тухачевского».

Мои «друзья» могут возразить, мол, врёт всё товарищ. Хорошо, вот вам, уважаемые, мнение начальника отдела в немецком Генеральном штабе генерал-майора Карла Шпальке: «Ни СС, ни какой бы то ни было партийный орган не были в состоянии вызвать или только запланировать падение Тухачевского или его окружения. Не хватало элементарных предпосылок, а именно знания организации Красной Армии и её ведущих личностей».

На самом деле, офицерским корпусом чекисты занимались буквально с первых дней основания Красной Армии, ну не было доверия у товарищей к бывшим господам. Да и откуда ему было взяться, ежели, вопреки бытующим и поныне байкам о добровольной службе, служило большинство либо по принуждению, либо просто за кусок хлеба, какой уж тут, pardon, патриотизм?

Достаточно вспомнить про дело «Весна». Тогда было арестовано более 3000 офицеров и генералов, перешедших на сторону большевиков. Разумеется, не забывали и о Тухачевском. Сталин, вскоре после этого дела, пишет Орджоникидзе: «Тухачевский оказался в плену у антисоветских элементов и был сугубо обработан антисоветскими элементами из ряда правых. Возможно ли это? Конечно, возможно, раз оно не исключено. Покончить с этим делом обычным порядком (немедленный арест и прочее) нельзя. Нужно хорошенько обдумать это дело».

Как видите, ничего нового лично для Сталина. И только когда заговор действительно перешёл в завершающую стадию, – переворот и убийство Сталина были назначены на 1 мая на время парада на Красной площади, последовали ответные жёсткие действия. Были приняты совершенно беспрецедентные меры безопасности.

На крышу ГУМа были посажены снайперы с совершенно чёткими инструкциями, все пропуска в Кремль были заменены, охрана была приведена в состояние боевой готовности.

Часто спрашивают, а почему не было самого переворота, пусть даже неудачного – струсили? Да, нет, при подобных действиях не руководствуются категориями страшно/не страшно, просто решили отложить на время, только и всего.

24 мая 1937 года маршал Тухачевский был арестован. Уже через два дня он начал давать показания: «Народному комиссару внутренних дел Ежову. Заявляю, что признаю наличие антисоветского военно-троцкистского заговора и то, что я был во главе его. Обязуюсь самостоятельно изложить следствию всё, касающееся заговора, не утаивая никого из его участников и ни одного факта и документа. Тухачевский» (следственное дело № 11923 архив ФСБ).

Тут господа либералы переходят на визг – пытками выбили из маршала признание. Ну, во-первых, обратите внимание на срок в два дня, все кто знаком с российской следственной системой, просто посмеются, на практике наши следственные органы весьма неторопливы. Да и куда торопиться – «птичка» уже в клетке.

Сам маршал, сам признался, и не просто признался – сдал всех. Что ему за это пообещали, так и осталось тайной. Могу только предположить – жизнь. Не он первый, не он последний купился на подобное. У блатных это называется «подъехать на гнилой козе».

И уж совсем уже не в тему, последний из когорты русских писателей, хотя сам русским не был, Серёжа Довлатов как-то написал: «Мы без конца ругаем товарища Сталина, и, разумеется, за дело. И всё же я хочу спросить: кто написал четыре миллиона доносов?»

А действительно, кто? В глаза смотреть, господа либералы, я сказал – прямо в глаза, суки…

P.S.

Спросите: а чего о самом заговоре практически ничего не сказал-то? Да всё по той же, вышеописанной причине – недостаток документов в открытом доступе. А врать, уподобляясь либералам, просто брезгую. Уж, извиняйте.

Сталин-Тухачевский видео

Тухачевский. Заговор маршала, 2010 

  • История
  • СССР
  • Сталин
  • Революции

cont.ws


Смотрите также